Anti Wrote:ну обычно это так делается, но пооду мало что тебе светит, разве что может единомышленика найдешь

Anti Wrote:разве что может единомышленика найдешь

madlopt Wrote:СТИШАПКУ, ЧЕРУБАШКУ И ЗОРРО!!!

Forza Wrote:зачем ты весь свой зоопарк таскаешь по форуму?

madlopt Wrote:ВОТ ТИБЯ СТИШАПКА И ЧЕРУБАШКА ЗАТАСКАЮТ, МАЛА НИПАКАЖИЦЦО!

Forza Wrote:до сих пор не отпускает?

Forza Wrote:иди голосуй

madlopt Wrote:ТЫ НИВЫРВИШСА ИЗ СТАЛЬНОЙ ЛАПЫ СТИШАПКИ!
ФСИРАВНО ПАЛУЧИШЬ...

Forza Wrote:нда, дожился... как в таком состоянии можно рулить форумом и гонками

madlopt Wrote:Вот в таком просто легко. А с таким занудским подходом, какой предлагаешь ты, даже ездить не охота

skom Wrote:Мощный топ, внушает.

Moged Wrote:бамбук хочешь?

madlopt Wrote:Могу сказать только одно: демократия - гадость редкостная.

Quote:http://www.lib.ru/ILFPETROV/ilf_fel.txt
Ильф и Петров, "ОТДАЙТЕ ЕМУ КУРСИВ"

Quote:И покуда автор волнуется и скачет, тут же, за перегородкой, в писательском доме монотонно бормочет свои критические вирши первый ученик:...
Зазубрив такой стих, примерный ученик без лишних дум и сомнений
приступает к написанию критической статьи. Он уже овладел техникой. Он знает все слова на ять. Основа статьи имеется.
Остальное - мелочь. Но и для мелочей хранятся заголовки.
Для названия статьи употребляется так называемая формула сомнения. Если рецензируемая книга называется "Жили два товарища", статья о ней первого ученика имеет заголовок "Жили ЛИ два товарища?"
Произведение носит название "Трагедийная ночь". Рецензия - "Трагедийная ночь ли?"
Это хорошо. Это удобно. Автор сразу берется под сомнение. По заголовку статьи сразу видно, что писал ее первый ученик, а не какой-нибудь второй.
Тут стесняться нечего. Формула заголовков удобная.
"Список ли благодеяний ли?"
"Наследник ли?" или "Чей наследник?"
"Последний ли из удэге ли?"
"Севастополь ли?"
Почему он все время сомневается? Неужели он думает, что автор пытался всучить рабочему-читателю Симферополь вместо Севастополя или, скажем, Серпухов?
Да нет, ни о чем он не думает. Просто формула готова, а менять ее для какого-то попутчика не хочется. Некогда.

Quote:Под ударами первого ученика писатель клонится все ниже и ниже. А зубрила, бормоча (чтобы не позабыть): "Есть в нем скрытый мистицизм, биологья в нем видна", принимается за самую ответственную операцию (нечто вроде трепанации черепа) - вскрывание писательского лица. Тут он беспощаден и в выражениях совершенно не стесняется. Формула требует энергичного сравнения. Поэтому берутся наиболее страшные. Советского автора называют вдруг агентом британского империализма, отождествляют его с П.Н. Милюковым, печатно извещают, что он не кто иной, как объективный Булак-Булахович, Пуанкаре или Мазепа, иногда сравнивают даже с извозчиком Комаровым.
Все эти страшные обвинения набираются курсивом и неуклонно (такова традиция) снабжаются замечанием: "Курсив мой".

Quote:Курсив мой! Курсив мой! Мой! Мой!
Это его курсив. Курсив первого ученика.
И эти придирчивые притязания хорошо бы наконец удовлетворить.
- Не мучьте ученика, отдайте ему его вещи, пусть возьмет свой курсив и чуть-чуть поразмыслит над ним. Пусть опомнится от зубрежки.